Британскому предпринимателю Джеймсу Дакомбу всего 25 лет, но Forbes уже оценивает его состояние примерно в миллиард долларов. После нового инвестиционного раунда его стартап по разработке ИИ-чипов OLIX получил оценку в 3,3 млрд долларов, а сам Дакомб стал самым молодым self-made миллиардером Европы, сообщает forbes.com.
История Дакомба необычна даже по меркам технологической индустрии. Он не окончил университет - и фактически отказался от традиционной образовательной траектории еще подростком.
Читайте нас также
По данным Forbes, в 2017 году Дакомб ушел из школы, чтобы заняться собственным проектом в области технологий мониторинга мозга. Позднее он стал основателем компании CoMind, разрабатывающей неинвазивные системы для наблюдения за состоянием мозга пациентов.
Несколько лет спустя он получил Thiel Fellowship - программу, созданную инвестором Питером Тилем для молодых предпринимателей, готовых отказаться или отложить университетское образование ради собственного проекта.
От технологий для мозга - к чипам для искусственного интеллекта
Второй крупный бизнес Дакомба появился в 2024 году.
В Лондоне он основал OLIX, занимающуюся разработкой специализированных процессоров для искусственного интеллекта. Идея компании заключается в том, чтобы отказаться от принципа «один универсальный чип для всех задач.
OLIX предлагает использовать разные специализированные микросхемы для отдельных этапов работы больших ИИ-моделей - в частности, во время так называемого инференса, когда модель уже обучена и обрабатывает запрос пользователя, выполняет вычисления и формирует ответ.
Компания также делает ставку на фотонные соединения между чипами. В них данные передаются с помощью света, а не только электрических сигналов. Разработчики рассчитывают таким образом уменьшить задержки и энергопотребление при работе крупных вычислительных систем.
За полгода оценка компании выросла более чем втрое
Главный скачок состояния Дакомба произошел летом 2026 года. 3 августа OLIX объявила о привлечении 312 млн долларов в рамках раунда Series B. После сделки компанию оценили в 3,3 млрд долларов. Еще в феврале ее оценка составляла около 1 млрд долларов, то есть всего за несколько месяцев она выросла более чем втрое.
Среди новых инвесторов оказались инвестиционная компания Fundomo, британский разработчик процессорных архитектур Arm, Hudson River Trading и сооснователь Netflix Рид Хейстингс. Свои вложения также увеличили существующие инвесторы OLIX.
Кроме того, компанию поддержал британский государственный венчурный фонд Sovereign AI, созданный для инвестиций в перспективные британские компании в сфере искусственного интеллекта.
Правительство Великобритании называет OLIX одной из наиболее амбициозных молодых технологических компаний страны
По оценке Forbes, Дакомбу принадлежит около 30% OLIX. Именно эта доля после оценки компании в 3,3 млрд долларов и вывела его состояние примерно к отметке в миллиард долларов.
Дакомб продолжает руководить и своей первой компанией - CoMind. Она занимается разработкой системы CoMind One, которая с помощью низкоэнергетического лазера должна позволить врачам без операции и вскрытия черепа отслеживать важные параметры работы мозга, в том числе мозговой кровоток и внутричерепное давление.
К октябрю 2025 года CoMind привлекла в общей сложности 102,5 млн долларов инвестиций. Последний инвестиционный раунд составлял 60 млн долларов. Средства предназначались, в частности, для клинических испытаний, подготовки продукта к регуляторному одобрению и расширения производства.
Forbes оценивает долю Дакомба в CoMind примерно в 12%, однако сама стоимость компании публично не раскрывалась. Поэтому эта часть его состояния оценивается менее точно.
Один из 11 миллиардеров, которым менее 30 лет
По данным Forbes, Дакомб вошел в очень небольшой клуб молодых предпринимателей: в мире насчитывается всего 11 self-made миллиардеров младше 30 лет, причем лишь четверо из них живут за пределами США.
При этом Forbes называет его именно самым молодым self-made миллиардером Европы.
Сам Дакомб считает, что возраст в начале карьеры скорее помог ему, чем помешал: отсутствие многолетнего опыта позволяло легче подвергать сомнению устоявшиеся представления о том, как должна работать технология.
