15 цитат Григория Остера, который знает все о взрослых и детях

Григорий Остер — детский писатель, произведениями которого зачитываются не только дети, но и взрослые. Советы из его книг настолько абсурдны и смешны, что, по словам автора, выполнить их может прийти в голову только взрослым. Однако если ознакомиться с многочисленными интервью с ним, то становится понятно, что на самом деле этот человек глубоко понимает жизнь и верит в прекрасное.

Писать детские книги может только очень добрый и мудрый человек, и нам в AdMe.ru так понравились мысли Григория Остера об устройстве мира, что мы просто не могли не поделиться ими с вами.

Если в государстве очень много послушных детей, из них вырастает слишком большое количество послушных взрослых.

С врагом, которого любишь, невозможно бороться, он при всех обстоятельствах победит. Но поскольку ты его любишь, это будет не только его победа, но и твоя тоже.

Когда есть родители и дети, которые любят друг друга, никаких советов не нужно. Хотя с точки зрения психологов, педагогов, воспитание — это наука. Но это, знаете, на безрыбье. Когда вы идете по тропинке, вы же не думаете о том, как не упасть. А если над пропастью положить такую же по ширине доску? Вы сразу начнете думать, зашатаетесь и… Мне кажется, психология, педагогика — это все для того, чтобы балансировать над безднами. Чтобы ходить по земле, достаточно просто любить.

Человек, которому интересно с собой, не будет делать гадости и подлости другим.

Нелюбви на самом деле немало на свете. Ее вполне достаточно, чтобы превратить жизнь любого ребенка, да и любого взрослого, в сущий ад. Задача нормальных людей в том, чтобы любви становилось все больше.

Между взрослыми все просто. Свобода одного взрослого кончается там, где начинается свобода другого. А вот свобода ребенка не долж­на кончаться там, где начина­ется свобода взрослого. Рож­дение ребенка — добровольный отказ взрослого от свободы. Нельзя чувствовать себя свободным от своего ребенка. Это, конечно, не всем взрослым нравится, и во многих самых свободных странах рождается все меньше детей.

Где-то внутри каждого взрос­ло­го, как самая малень­кая мат­решка, всегда остается ребенок. Если до него достучаться, научиться с ним общаться, будет гораздо легче не только писать, но и вообще жить.

В каждом взрослом внутри находится ребенок, каким он был. И самые важные взаимоотношения — это даже не между мусульманским миром и христианским, и не между одной национальностью и другой, и даже не между коммунистами и демократами, а самые важные в мире отношения — внутри человека, между ним маленьким и им взрослым. На самом деле ребенок ведь никуда не девается из взрослого человека, он остается, просто взрослый его калечит.

Вообще дети — это такая вещь, которую не надо хотеть. Они появляются сами от хорошей жизни и от плохой жизни не появляются.

Все дети гениальны. Не теоретически, а практически. У них просто мышление устроено точно так, как, например, у Эйнштейна: все знают, что так нельзя, это невозможно, а один в это не верит и совершает великое открытие.

Учительница для ребенка — все равно что для взрослого жена. Он должен бесконечно отвечать на все ее вопросы, должен каждый раз отвечать, почему он пришел не вовремя, то есть вовремя не пришел к ней на урок. И как бы отдавать вот так ребенка в руки непонятно какой учительнице — это все равно что отдать взрослого мужчину в руки непонятно какой жене или взрослую женщину в руки непонятно какому мужу. Это даже еще сильней, потому что взрослый может, в конце концов, убежать к другой. А у ребенка нет возможности уйти от этой учительницы к другой. Поэтому это все очень сложно.

Действительно, детей нельзя держать в праздности. Они не в праздности должны жить, а у них должен быть вечный праздник все детство. А в праздности не надо держать.

Своим детям нужно читать те книги, которые произвели впечатление на вас самих, когда вы были маленькими. А потом уже можно посмотреть что-нибудь из качественной современной литературы.

Каждый раз говорят: «Сейчас мы живем в совершенно другую эпоху». Раньше приходилось драться копьями, а потом изобрели лук и стрелы; раньше приходилось передавать из уст в уста, под лиру исполнять «Одиссею» и «Илиаду», а теперь изобрели письменность, можно писать и записывать — наступила другая эпоха. Ничего не меняется, особенно дети: они как были, так и есть, точно такие же. Все эти гаджеты — это как те же лук и стрелы.

Чем ребенок похож на воду? Вода принимает форму того сосуда, в который ее наливают. Ребенок тоже становится таким, каким его делают родители. Мы занимаемся своими взрослыми делами, а в нас плещутся наши дети. Давайте постараемся никогда об этом не забывать.

А какие мысли Григория Остера больше всего импонируют вам?

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: