Читайте нас также
Житель Латвии, журналист Денис Бартецкий проверил, как работают бесплатные суповые кухни столицы. На эксперимент ушло два дня. Результаты он описал в своем Facebook.
**В Риге работает четыре суповых кухни, в финансировании которых участвует Рижская Дума. Насколько я знаю, пунктов раздачи бесплатной еды в столице гораздо больше, но самоуправление материально поддерживает только эти. За два дня я обошёл их все. Питался только там. Теперь могу рассказать, чем там кормят, кто туда ходит и как всё устроено.**
**Общество Svētā Jāņa palīdzība, ул.Лактас 8, k-1
Открыта в будни 10.00-11.00**
Пятница. Я приехал рано. За час. Прямо с поезда. Четыре человека стоят. Опрятная напомаженная старушка. Такой же, но без напомаживания, парень моих лет, двое подростков лет двенадцати - мальчишка и девчонка. Подростки поют «А белый лебедь на пруду» и играют в догонялки. Смеются. Ни один из этой четвёрки не похож на бездомного, не выглядит деклассированным элементом. Обычные люди. Коих на улицах города большинство. Они ждут не раздачу еды. Вещи они ждут. Одежду. Мне надо в другую дверь.
Морозный ветер залезает за шиворот, щекотит иголками. Рядом браславская тюрьма скалится решками, выпячивает колючки поверх забора. Проходит полчаса. У дверей начинают собираться люди. «Сегодня каша. По пятницам обычно каша. Перловка. Гречка. Рис. Поставь свой пакет около двери, за моим - займи очередь», обращается ко мне мужик в засаленной кожанке. У меня в руках чёрный базарный пакет, на нём – крупными золотыми буквами BOSS. То есть я тоже на стиле. Ждём. В голове играет «У вокзалов шляются бомжихи» в исполнении Графа Хортицы и «Серый голубь» «Звуков Му».
Люди разные. У некоторых лица из комканой бумаги. Наждачной. Обветренные ветрами и алкоголем. Куртки с чужого плеча, не видавшие стиральной машины джинсы. Некоторые просто с уставшими лицами. В чистой одежде. Отглаженной.
Разнокалиберные ведёрки. Литровые. Трёхлитровые. Передо мной стоит мужичок с бидоном. Жёлтым. В цветочек. В десять двери открываются. Ведёрки сдают. Некоторые помечают ведёрки верёвочками. Чтобы не спутать. Ведёрки забирают. Ведёрки возвращают с кашей. Раскладывают так, чтобы всем хватило, предварительно посчитав количество людей. Двадцать восемь.
Десять минут и все расходятся, никто не ест на месте. Видно, что у всех этих людей есть дом. Да и холодно.
Гречневая каша с овощами и мясом. Гречка, пассерованые лук и морковь, небольшие кусочки мясо. Да, их немного, но они есть. По-моему, это даже не тушёнка, а именно мясо. Говядина. Вы можете мне не верить, но это вкусно. Вкусно ровно настолько, насколько вкусна гречневая каша с мясом. «Вот почему закрылся ресторан KASHA gourmet», сам шучу про себя и сам улыбаюсь.
**Бюро Центра диаконии Латвийской евангелическо-лютеранской церкви. ул.Даугавгривас 1
Открыта в рабочие дни с 12.00-13.00.**
Я приезжаю ровно к двенадцати. Тут всего несколько человек. Выносят стол, бак с супом, ящики с хлебом. Начинает собираться народ. Перед раздачей еды небольшой религиозный стендап с поднятием к небу рук, закрытием глаз, молитвой. Некоторые из ожидающих подхватывают, молятся. И тут же матерятся, сплёвывают. Прелюдия закончены, формируется очередь. Двое мужчин. Один разливает суп, второй раздаёт хлеб.
«Шевели поршнями», - периодически покрикивает, не общаясь ни к кому конкретно, парень в кожаной куртке с одутловатым, опухшим, отдающим синевой лицом из хвоста очереди. Возможно, наличие видавшей виды кожанки, пусть и не по размеру, это определённый статус здесь, привет из девяностых.
Десять минут ожидания и я получаю ведёрко с фасолевым супом, четыре куска чёрного «кирпичика». На забор заранее повешены полочки. Ставь, стой, ешь спокойно. Суп: фасоль, огромные куски лука, остальное всё в кашу, в пюре, не понять. Попадаются кусочки копчёностей, сосисок. И крабовых палочек. И вроде продукты все не самые отвратительные, но ощущение, что в церковной кухне готовит сам сатана. Ешь, и руки на морозе мёрзнут.
Тем, у кого с собой нет тары для супа, выдадут одноразовую тарелку, ложку дадут. Народ всё подходит и подходит. Некоторые съедают и снова становятся в очередь. За добавкой. Многие дефилируют классической походкой хронически пьющего - походкой сломанного детьми робота. У которого ноги не слушаются, у ног нервный тик. В автобусе на обратном пути они пьют одеколон. Салон начинает благоухать.
**Общество Миссия милосердия Dzīvības Ēdiens, ул.Кр.Барона 56.
Открыта каждый день, кроме воскресенья с 9.00 – 10.00**
Суббота. Без четверти девять. Я уже на месте. Около пятнадцати человек стоят в очереди. Ждут. Передо мной парень. Лет тридцати. Чёрные джинсы, такого же цвета ботинки и полупальто. Встретишь такого на улице, никогда не подумаешь. Большая часть людей из очереди вообще одеты и выглядят прилично. Непонятно, что они тут делают. Даже начинаю пугаться, может это у меня планка приличности опустилась? Вглядываюсь, присматриваюсь. Приличные люди. Большинство. Это пугает ещё больше.
За мной двое мужчин в строительных робах. Курят. «Занимает один, а приходят ещё восемь. За углом бухнут, закусят и рассасываются по своим мусоркам. А мне на работу». Это один из строителей ворчит на бомжеватого вида компанию, которая пытается вклиниться в начало очереди.
Падает снег. Очередь пока не движется. Вообще не движется. Уже девять утра. А не движется. Ещё не открыли. И вот началось движение. Шагами, шагами. Вот и я стою около двери. За дверью стол, две огроменные кастрюли, мужчина средних лет. «Рис или макароны?», спрашивает он. То есть ещё и выбор есть. «Макароны», говорю я и протягиваю заранее заготовленное пластмассовое ведёрко. Он выдаёт мне четыре кусочка кислосладкого хлеба, берёт большую мерную кружку и наливает в ведёрко макароны. До верху. Именно наливает. Водянистые. Как это на вкус? Ну, купите бюджетных макарон, разварите их побольше, не особо заморачивайтесь сливая воду, никаких специй и других добавок, максимум немного соли. Есть с хлебом.
**Св. Троице-Сергиев женский монастырь, ул.Кр. Барона 126.
Открыта каждый день, с 12.00 – 13.00**
Без пятнадцати двенадцать. Очередь из двадцати человек. Некоторых я видел на предыдущих суповых кухнях. Постояльцы. Постоянные клиенты. Большинство ожидающих – люди пьющие. Крепко пьющие. Это сразу бросается в глаза. Особенно в сравнение с контингентом на предыдущей суповой кухне. Этакий цветник грязных штанов. Заношенных. Я был уже тут год назад (см. ссылку в первом комментарии). Картина практически не меняется.
Передо мной в очереди тот же парень, что и с утра. Чёрные джинсы, ботинки и полупальто. К гардеробу добавились кожаные перчатки того же цвета. В руках – пакет с надписью Baltkrievijas apavi. За мной – женщина в норковой шубе. Опрятная. Но с баулом Super Netto. Мех шубы поблескивает на солнце. Видно, что владелица носит вещь аккуратно, бережёт. На голове – белая, режущая глаз вязаная шапочка. На ногах – бархатные чёрные штаны, добротные ботинки. В руках глубокая пластиковая банка из под маргарина Pepi фирмы Valdo. Рядом ещё одна женщина. Длинное стёганое пальто. Добротное. Скорее всего, недавно куплено. Меховая шапка. Но эти люди, конечно, исключение, не показатель. Хотя с другой стороны и показатель тоже.
Из монастыря выносят коробки с одеждой. Для нуждающихся. Ставят на тротуар. Несколько минут и коробки уже пусты. Останавливается машина. Выставляют мешок с одеждой. Один. Второй. Третий. Снова несколько минут. И всё разобрано.
Очередь пахнет мочой. Старостью. Отродясь нестиранными вещами. Большинство людей держит в руках пластиковые ведёрки. Литровые. Кто-то прямоугольные банки из-под капсул стирального порошка Ariel. Мужчина неопределённого возраста мастерит из пятилитровки глубокую миску. Заранее припасёнными маникюрными ножницами. Даже не миску, вазу, я бы сказал. Трое пьют одеколон. На проезжую часть летит пустая бутылка. Разбивается. Очередь отзывается робким порицанием. Виновник что-то бурчит заплетающимся языком, нехотя сметает ногой осколки с дороги на обочину, достаёт из рюкзака бутылку косметического спирта. Жадно отпивает. Прячет обратно в рюкзак. «Не консерватор, поклонник разнообразия», про себя улыбаюсь я. Люди всё пребывают. Уже около пятидесяти человек стоит вдоль монастырского забора. Это самая массовая суповая кухня.
В десять минут первого ворота открываются, начинают раздавать еду. Очередь движется с двух сторон одновременно. Мелкими шагами. Почти час ожидания и я оказываюсь около стола с огромной кастрюлей. В ней суп. Наливают. Выдают полбуханки чёрного хлеба. Хорошего. Ржаного. Ломоть батона. Горбушку. Два пряника. Варёное в крутую яйцо. Суп безвкусный. Картошка, рис, цветная капуста, стручковая фасоль, морковка, лук, комочки фарша.
В суповую кухню может прийти абсолютно любой человек, там не требуется подтверждение какого-либо статуса, например, малоимущего. По моим наблюдениям, большинство посетителей суповых кухонь - мужчины. Средний возраст около пятидесяти. Хотя по некоторым определить возраст крайне сложно - алкоголь делает своё дело. Женщин – не более двадцати процентов. В основном пенсионного возраста. Чем моложе женщина, стоящая в очереди, тем она хуже выглядит. Это не парадокс, это алкоголь опять же. Но не обязательно все, кто туда приходит люди пьющие. Тут, полагаю, пятьдесят на пятьдесят.
Стимулирует ли бесплатная раздача еды деклассированных и дальше продолжать свой образ жизни? Да, безусловно, стимулирует. Помогает ли нуждающимся и малообеспеченным. Да, безусловно, помогает. Весы. И тут весы. Единственное, что могу сказать уверенно: умереть в Риге от голода нереально.
