**Представлять Татьяну Толстую - это какое-то бессмысленное бумагомарательство. Не могу допустить, что ее кто-то не знает. Публицист, литературный критик, лауреат литературной премии «Триумф» и телевизионной премии «Тэфи».**
**Яркая телеведущая, которая в тандеме с Дуней Смирновой распекали и честили гостей «Школы злословия» и, конечно, талантливый писатель «новой волны»: «Кысь», «Белые стены», «Легкие миры», «Девушка в цвету» - это лишь верхушка ее «книжного» айсберга. Сегодня она выступает перед зрителями на своем творческом вечере и уже побывала в гостях у на радио Baltkom. Не осталась в стороне и наша женская рубрика. Тем более, что творчество Татьяны Толстой очень часто называют именно «женской прозой».**
**Кстати, к литературе Татьяна Никитична пришла, по ее мнению, через некое подобие медитации. После операции на глазах ей довольно долго пришлось прятаться от дневного света за тяжелыми шторами и солнечными очками, выходя на улицу лишь по ночам. Именно тогда она стала «видеть» свои будущие рассказы.**
_Евгения Шафранек_
- Медитацию надо повторять, но больше я в подобное состояние не входила. По большому счету, когда ты погрузился в себя настолько глубоко, то эти помещения уже твои. Вот один раз ты выяснил, что имеется некий подвал и дверь в него больше не закрывается. Возможно, есть более глубокие этажи, но я пока это не выясняла. Но сейчас, когда пишешь, входишь в некий транс. И я знаю, как в него входить.
- Конечно, писать про безобразия легче, чем хвалить, потому что когда хвалишь - сложно найти сюжет. Вот я для одного проекта делаю ресторанные обзоры. Моя задача: сходить в ресторан, поесть и все написать по-честному. Так я сижу и вроде понимаю, как все будет написано, но ничего сделать не могу! Потому что текст должен вызреть. А до этого он висит над тобой, мучает, понимаешь, что день прошел, а ты опять ничего не сделал! И так может продолжаться неделями! Тогда пишешь что-нибудь вокруг, зная, что все эти слова будут выброшены, но зато постепенно выстраивается путь главного текста. Словом, мне нужна какая-то конденсация.
- Я не могу говорить о детстве, потому это вещи, которые относятся к тому, что уже было написано или к тому, что еще только будет написано. Но могу точно сказать, что детство - бесконечно. Детство - это жизнь.
- На «диванных критиков» у меня стоит внутренний фильтр. Если мы посмотрим на их тексты, нарочито хамского сообщения, то видно, что у это не у тебя проблемы, а у такого вот «тролля», и даже видно, примерно, какие. Это ведь они ведь бегут к тебе и кричат на тебя, потому что все там одно и то же: одиноко, скучно, никто их не любит, реализации нет, хочется привлечь внимание и хапнуть энергии. Правда, через тексты они ее не хапают, но могут хапнуть лично, когда приходят на встречи и пытаются найти контакт с тобой или когда ты на них реагируешь. Ты отвечаешь - они радуются, что задели за живое. Ты игнорируешь - они бессильно бьются о стенку.
- Я не умею воспитывать детей, не очень понимаю этот процесс и не понимаю, какие могут быть единые принципы для этого. Понятно, что мы говорим детям: «так не делай», «туда не ходи», «это положи», «надо поделиться», то есть несем общепринятую пургу. Но вот у меня двое сыновей и когда они были маленькие, то я старалась их воспитывать одинаково. Если нельзя, то нельзя двоим, если можно, то можно обоим. Оказалось, так невозможно, потому что они полные противоположности по интересам, вкусам и характерам! Например, нарисовали они свои картинки, картинки плохие и ты говоришь: вот, смотрите, у собаки не может быть восемь ножек. Тогда один бежит и рисует, рисует, рисует, пока не сделает лучше, а второй все бросит и ничего делать не будет. Получается, что один получает только словесные затрещины, а второй - только похвалу?! Но это же несправедливо!
- Если бы я была Юлией Гиппенрейтер, то я бы знала, как воспитывать детей. Но я не Юлия Гиппенрейтер, поэтому, на практике, оказалось, что я ничего не знаю! Правда, результатом я довольна, потому что каждый пошел своей дорогой и каждый многого добился в жизни.
- Наверное, после наших интервью в «Школе злословия», кто-то уходил и держал на нас зуб. Но вот человек уходит и мне не хочется его видеть второй раз никогда. Не всех, конечно (смеется), но тех, которые мне не нравятся - не хочу! Некоторых хоть палкой бей и им ничего не сделается, был такой гость у нас Валерий Комиссаров, допустим. И я была бы очень рада никогда с ним больше не сталкиваться. А бывали некоторые, вроде Волочковой. Ну ее даже жалко…
- Среднеевропейский человек за последние сотни лет не сильно-то и поменялся. Вот если мы будем говорим о мусульманских мужчинах и женщинах, то лучше бы у них переменилось все вообще. Потому что женщина там не человек. Но у нас же не так? У нас произошли какие-то сдвиги, но не настолько большие, чтобы это было заметно.
- У меня нет жизненных правил, я просто стараюсь на все смотреть со стороны, не изнутри.
- О чем мечтаю? Здровьичка бы! (Смеется)
