Законодательная власть в стране не просто опаздывает за реальной ситуацией, но вообще реагирует только тогда, когда в стране уже сложилось чрезвычайное положение, считает глава Латвийской ассоциации коммерческих банков Теодор Тверийонс.
Читайте нас также
«Я не политик. Мой уход никак не связан с громкими уходами Мурниеце и Пенциса. Ухожу потому, что считаю, что время пришло и лучше это делать самому. Ещё в декабре мои коллеги знали о моем уходе, согласились с моим решением и сейчас идёт поиск подходящей кандидатуры», - пояснил причины своего ухода Тверийонс.
На своем месте специалист хотел бы увидеть «такого стратега и управленца, который, по его словам «будет способен придать ассоциации новый импульс к развитию».
Сам Тверийонс не намерен уходить бизнес или в политику, но, возможно, останется в ассоциации на вторых ролях.
Основную цель ассоциации Тверийонс, как и прежде, видит в том, чтобы защищать интересы коммерческих банков. В частности так, как это удалось сделать ассоциации в случае с поправками к Закону о неплатежеспособности.
Как считает Тверийонс, банкротство – крайняя мера в безвыходной ситуации, а не панацея от долгов. Недопустимо пользоваться ей, как средством ухода от собственных обязательств.
«Все несут убытки, в том числе и банки, которые тоже вынуждены отдавать. Ведь выданные населению или бизнесу кредиты это ничто иное, как приобретённые у других банков средства или депозиты населения. В любом случае, банки обязаны их вернуть», - отмечает Тверийонс, - «Возвращать придётся все равно. Причём все, а не только заложенное в банке имущество, может быть продано с аукциона. Это не выгодно никому. Банки готовы к диалогу, к реструктуризации кредитов».
Как пояснил Тверийонс, банкам это в тысячу раз выгоднее нежели судебные процессы в итоге банкротства частных лиц или предприятий. Из всех проблемных кредитов общей стоимость в 5 млрд. латов, уже реструктуризовано 2,8 млрд, а 2,2 млрд – взыскиваются в судебном порядке. В общем это 30% от общего кредитного портфеля.
«Эти задолженности лежат тяжким камнем на шее у банков», - утверждает Тверийонс.
Также, по мнению Тверийонса, нужно различать банкротство частного лица и предпринимателя - частного лица, занимавшегося предпринимательской деятельностью.
Если бы спекулянты на недвижимости стали в своё время предпринимателями, открыли бы фирмы, то могли бы сейчас оставить банки с носом, считает Тверийонс.
«Налоги платить тогда не хотелось. А сейчас поздно – банкротировать же как частное лицо, это крайняя мера, влекущая множество тяжёлых последствий для человека. В частности, испорченную на многие годы вперёд кредитную историю»», - считает Тверийонс.
